Книжная традиция составляет неотъемлемую часть многовековой духовной жизни мусульманских народов России. Библиофильство, широко распространенное в исламском мире, характерно для мусульман еще со времен принятия ислама. Безусловно, ислам относится к одной из мировых «книжных религий» с развитой письменной культурой, предписывающей своим последователям стремление к знаниям. Становление литературного арабского языка в качестве языка многонациональной культуры Халифата способствовало вовлечению всех народов, населявших его, в сферу арабоязычного и арабографичного литературного творчества.
Система образования, сложившаяся в Поволжье и на Северном Кавказе, развивалась под влиянием общемусульманской науки и культуры, что обеспечило разным слоям населения доступ к достижениям мусульманской цивилизации.
Дагестан является наиболее древним очагом исламской культуры на территории России: ислам впервые появился здесь еще в VII веке, а Дербент стал первым очагом распространения ислама в Дагестане. Переселенческая политика Арабского халифата привела к расширению арабского этнического компонента вначале в Южном Дагестане. Впоследствии арабский язык и арабская литература стали важной вехой в духовной культуре дагестанцев. Богатая и многообразная арабская литература, созданная многочисленными представителями народов, вошедших в состав халифата, все больше и больше проникала на Кавказ, в города и селения Дагестана. В X–XV вв. эта литература имелась во многих мечетях, учебных заведениях, рукописных коллекциях. Особое место среди памятников письменной культуры занимали Коран, хадисы, сочинения по грамматике арабского языка, мусульманскому праву, суфизму, толковые словари, исторические рассказы.
Взаимодействие и взаимопроникновение дагестанских и арабо-мусульманских культур в течение веков были настолько обширными, плодотворными, многообразными, что оставили яркий след во всех сферах духовной жизни Дагестана.
Начиная с Х века, когда Дагестан был широко включен в культурную и экономическую орбиту влияния стран Ближнего Востока, здесь стали появляться первые очаги исламского образования со своей упорядоченной системой. В Дагестане сложилась сильная школа мусульманских ученых – знатоков богословия и шариата, пользовавшихся высоким авторитетом. В сельджукский период многие дербентские ученые получали образование в крупнейших медресе стран Ближнего Востока, а вернувшись на родину, основывали кружки и школы по их образцу. Так, источники отмечают факт обучения дагестанцев в багдадском медресе «ан-Низамийа». Домонгольский период исламского образования характеризуется высоким уровнем знания арабского языка, наличием в Дербенте большого круга мусульманских школ и кружков, специализировавшихся на хадисоведении и суфийской литературе.
История суфийской литературы в Дагестане берет свое начало с рубежа XI–XII вв., о чем свидетельствует сочинение Мухаммада ибн Мусы ибн ал-Фараджа Абу Бакра ад-Дарбанди «Райхан ал-хакаик ва бустан ад-дакаик» (Базилик истин и сад тонкостей). Книжные хранилища республики располагают множеством списков сочинений ал-Газали, датируемых XII – XVII вв.
Вхождение в орбиту мусульманской цивилизации подготовило почву для широкого развития и распространения книжной письменности, в том числе и среди татарского народа, который на протяжении десяти веков развивался в рамках мусульманской культуры. Впоследствии на основе арабской графики был сформирован огромный пласт тюрко-татарской литературы, культуры, религиозной, исторической и общественной мысли. Местные авторы создавали свои труды по типу восточных сочинений, составляли комментарии и субкомментарии к произведениям восточных мыслителей, распространяли их научные идеи в Волго-Уральском регионе.
К самым ярким и известным шедеврам литературных памятников тюркских народов относится знаменитый словарь XI века Махмуда Кашгари «Дивану лугат ат-тюрк» (Диван тюркских наречий). В 1069 году в столице государства Караханидов Юсуфом ибн Хазипом Баласагуни было написано выдающееся литературное сочинение раннего Средневековья «Кутадгу-билик» – первое энциклопедическое произведение, созданное не на официальном литературном языке, каким являлся арабский язык в то время, а на родном языке тюрков.
В Волжской Булгарии принятие арабской письменности способствовало установлению тесных культурных связей с Востоком, развитию у булгар литературы, просвещения и разных наук. К XIII веку относится создание памятника литературы, вошедшего в золотой фонд общетюркского духовного наследия, самого распространенного сочинения в татарской книжной культуре – поэмы «Кыссаи Йусуф» Кул Гали. К самым ярким образцам литературного творчества той эпохи относятся поэма Ахмеда Югнаки (XII в.) «Хибат ал-Хакаик» (Подарок истин), «Кисас ал-анбия» (Сказания о святых) Насреддина Рабгузи (XIV в.), эпическое произведение неизвестного автора «Огузнамэ» (прим. XIII–XIV в.), «Хосров и Ширин» Кутба (XIV в.) и др.
В период монгольских завоеваний, а также в годы противостояния Золотой Орды и государства Хулагуидов мусульманская наука и образование в Дагестане, с одной стороны, перемещаются на северо-запад, а с другой – частично теряют тот высокий уровень специализации по отраслям знаний, наблюдаемый в предшествующий период.
Религиозно-дидактические литературные произведения времени Волжской Булгарии, периода Золотой Орды и Казанского ханства, хранившиеся в народной памяти и передававшиеся в устной форме, дошли до нас лишь в более поздних списках. К сожалению, большая часть памятников татарской письменной традиции раннего периода практически не сохранилась в отечественных рукописных собраниях, а средневековые литературные памятники дошли до наших дней лишь в виде единичных экземпляров. В результате монголо-татарского нашествия было уничтожено несметное количество накопленных культурных и материальных ценностей, в том числе и письменных. В истории сохранились сведения о богатейшей библиотеке казанских ханов, погибшей при завоевании Казани войсками Ивана Грозного. В более поздние времена книги также подвергались уничтожению. Даже рукописные списки XVII в. относятся к числу редких. В годы Советской власти книги, написанные арабской вязью, в массовом количестве сжигались. Тысячи книг в надежде уберечь от уничтожения были закопаны в землю и безвозвратно потеряны. Тем не менее в многочисленных каталогах арабских рукописей можно найти значительное количество имен авторов по нисбе (часть имени, обозначающая этническую, религиозную, политическую, социальную принадлежность человека, место его рождения или проживания) тюркского происхождения, таких как ал-Булгари, ал-Казани и других.
Трепетное, уважительное отношение к книге способствовало, хотя и не в полной мере, сохранению определенной части письменного наследия. Зачастую для того, чтобы обезопасить книги от пожаров, в деревянных домах для их хранения возводили специальные каменные клети. Богатыми библиотеками располагали дома Апанаевых, Тахира Ильясова, Мухаммедрахима Юнусова, князя Заманова, Аитовых, Иманкуловых и др. Известно о наличии книжных собраний в мечетях и медресе. Так, богатыми книжными коллекциями располагали библиотеки медресе «Марджания», «Мухаммадия», «Касымия» в Казани, а также Тунтарское, Байракинское, Чистопольское, Тумутыкское, Иж-Бубинское, Стерлибашевское медресе и др.
Основную часть татарского рукописного наследия составляли сочинения религиозной тематики (труды татарских богословов, переводы арабских и персидских популярных сочинений, комментарии к ним), а также литературные произведения социально-бытового и религиозно-дидактического содержания. Наряду с теологическими здесь также представлены естественно-научные и гуманитарные науки: астрономия и математика, естествознание и медицина, философия и логика, история и этнография, грамматика и лексикография.
На Северный Кавказ из стран ближнего Востока и Средней Азии поступала обширная литература на арабском языке. Здесь были популярны «Лейла и Меджнун», знаменитая антология «ал-Хамса», «Тысяча и одна ночь», «Калила и Димна» и многие другие произведения на арабском языке. Арабоязычная литература Дагестана усвоила пришедшие с востока новые темы и сюжеты, образы и предания, жанры и выразительные средства. Влияние арабской языковой культуры подготовило основу для последующего освоения на национальной почве как форм, так и содержательной структуры литературы арабского востока. В связи с тем, что на арабский язык были переведены лучшие творения прошлого, дагестанцам стали доступны научные трактаты и поэтические произведения Востока и Античного мира. Наряду с художественными произведениями получила распространение литература по многим отраслям средневековых наук: философии, астрономии, медицине, математике, истории, географии, риторике, логике и другим. В Дагестане были известны труды Ибн Халдуна, Фараби, Авиценны, аз-Захрави, ал-Хорезми и других средневековых ученых, например, Казвини с его «Космографией», являвшейся своеобразной энциклопедией естественных наук, или ал-Джавхари с его чрезвычайно популярным в Дагестане толковым словарем арабского языка «ас-Сихах».
Судя по сохранившимся образцам рукописной продукции, найденным в местах компактного проживания татар, можно заключить, что здесь были широко распространены сочинения выдающихся мыслителей Востока: ал-Фараби, Ибн Сины, ал-Газали, Ибн ал-Араби, Саади, Хафиза и других . В Волго-Уральском регионе нашли широкое распространение стихотворные притчи среднеазиатских суфиев Йасави и Бакыргани (XI–XII вв.), произведения суфийских поэтов Малой Азии Джалалетдина Руми (XIII в.), Мухаммада Челеби (XV в.), сочинения средневековых авторов Кул Гали (конец XII – первая пол. XIII в.), Махмуда Булгари, Хисама Кятиба (XIV в.), авторов Казанского ханства Кул Шарифа, Мухамедьяра (XV–XVI вв.).
Распространение рукописных и печатных книг и других текстовых материалов сыграло решающую роль в становлении татарского народа, в превращении его в зрелую нацию. Письма, охранные грамоты, дипломатическая переписка, дневниковые записи, родословные помогли четко отграничить временные и пространственные контуры татарского этноса, историю и географию его расселения.
После потери государственности, особенно в XVII–XVIII вв., татарская рукописная книга выступает как мощный фактор сохранения языка, религии и национальной культуры народа. Согласно источникам, с начала XVII века появляются рукописи с сочинениями татарских авторов и копии, составленные татарскими катибами (переписчиками), к концу века восстановилась традиция библиофильства . На такой исторической почве на стыке письменной литературы и фольклора зародился неизвестный доселе лирико-эпический жанр баитов, повествующих в основном о трагических коллизиях личной или социальной жизни. Именно на почве суфизма в XVII в. появился крупный поэт-лирик Мавля Кулый, продолживший традиции своих учителей А. Йасави и Бакыргани. Последователями этих традиций были Г. Усманов, Т. Ялчыгул, Х. Салихов, Шамсутдин Заки и др. Поэт и ученый-энциклопедист Габдрахим Утыз-Имяни, наряду с поэтическими произведениями, написал десятки поэм-трактатов философско-этического содержания. Книжная традиция Волго-Уральского региона этого периода отражает всю гамму переживаний и философско-нравственных поисков татарского общества.
Конец XVII в. также стал переломным и для мусульманских народов Северного Кавказа. Деятельность дагестанских ученых Шабана из Обда и Мухаммада из Кудутля стала новой вехой в истории исламского образования и книжной традиции в Дагестане. Начиная с этого периода в Нагорном Дагестане, в крупных политических образованиях и союзах сельских общин начали функционировать медресе, специализировавшиеся на таких науках, как грамматика арабского языка, мусульманское право, логика, риторика. Авторитет дагестанских учебных заведений XVII – начала XIX в. характеризуется высоким уровнем образования, что отмечено в арабских и татарских био-библиографических сочинениях.
Среди книг религиозного содержания определенное место занимали списки Корана, тафсиры и труды по экзегезе Корана, в числе которых были и тафсиры местных авторов.
Первым, кто начал переводить текст Корана на татарский язык и комментировать Священную книгу, был известный богослов А. Курсави. На сегодняшний день в казанских библиотеках хранится несколько рукописных вариантов толкований Корана, которые принадлежат перу этого автора. В основу данной работы лег популярный среди мусульман-суннитов тафсир «Анвар ат-танзил ва хака’ик ат-та’вил» (Светочи откровения и тайны истолкования) ‘Абдаллаха ибн ‘Умара ибн Мухаммада ибн ‘Али ал-Байдави (ум. 691/1291). Полстолетия спустя после смерти Курсави, в 1861 г., была опубликована его книга «Хафтияк тафсире». Аналогичный комментарий седьмой части Корана был составлен Т. Ялчыгулом (1768–1838). Этот тафсир был издан в 1876 г. В 1915 г. было опубликовано сочинение А. Курсави «Тафсир байан» .
Только ближе к концу XIX века появились полные тафсиры –двухтомник «Фаваид» (Полезное) Х. Амирханова (1814–1893), двухтомное переложение на татарский язык персидского тафсира Х. Кашифи (ум. 1504 г.), сделанное М. Иманкулыем (1870–1932) «Тасхил ал-байан фи-т-тафсир ал-Кур’ан» (Облегченные пояснения к комментарию Корана), а также тафсир ученика А. Курсави Нугмани .
Большое место среди татарских рукописей и старопечатных книг занимали сочинения по арабской филологии, грамматике, лексикографии, риторике, которые условно можно разделить на две группы: грамматические сочинения средневековых авторов и учебники арабского языка, составленные татарскими авторами конца ХIX – начала ХХ в. .
Достаточно много среди рукописного наследия молитвенников, которые представляют собой богатейший пласт религиозной литературы. Это сборники всевозможных зикров, вирдов, хизбов и комментарии к ним, молитвы за Пророка, индивидуальные, групповые обрядовые, праздничные молитвы, приуроченные к определенным событиям и предваряющие некоторые действия, и т. п. Этот вид книжной традиции издавна существовал в мусульманском мире. Известно, что широко распространены были сборники молитв и комментариев к молитвам таких авторов, как ал-Газали (ум. 1111), ал-Килани (ум. 1165), ан-Навави (ум. 1278 г.), ал-Джазари, ал-Биркави (ум.1573), ал-Аскалани (ум. 1449 г.), ал-Кари ал-Хуруви (ум. 1605) и другие. Среди татар были распространены сборники молитв «Дала’ил ал-хайрат», «Аврад фатхийа» (Победные вирды) Мир Саййида ‘-Али ибн Шихаба ал-Хамадани (1314–1384 г.), а также молитвы «Ду‘-а’ джаннат ал-‘-асма’-» (Молитва Рай имен) Зайнуддиина Абу Хамида Мухаммада ал-Газали и др.
К этому же типу письменных источников относятся суфийские молитвы и славословия, вирды и зикры.
Во второй половине XIX – первой трети ХХ в. появилось большое количество суфийских произведений дагестанских авторов, причем жанровая и тематическая характеристика этих сочинений демонстрирует существенную разницу между этими сочинениями и сочинениями ближневосточных мусульманских суфиев Средневековья, труды которых были распространены в Дагестане. Однако если сочинения средневековых авторов посвящены кодификации суфийских терминов, анализу основных суфийских понятий, этических норм и негласных канонов, то в некоторых сочинениях дагестанских авторов XIX – XX вв. подробно рассматриваются вопросы ритуальной практики в рамках накшбандийского и шазилийского тарикатов. Исключением, пожалуй, является сочинение «Асар», принадлежащее перу Мухаммада ал-Яраги – одного из первых дагестанских накшбандийских шейхов. В своем сочинении он опирается больше на этические и нравственные нормы мусульман.
Среди сочинений, принадлежащих перу дагестанских шейхов XIX – первой половины XX в., как рукописных, так и изданных в исламских типографиях Дагестана и Сирии, можно увидеть труды суфийских шейхов Мухаммада ал-Яраги, Джамалуддина ал-Газигумуки (ум. в 1869), Абдурахмана ас-Сугури (ум. 1882), Мухаммада ал-Убуди, Ильяса ал-Цудакари (ум. 1904), Шуайба ал-Багини (ум. в 1909/12 гг.), Сайфуллы-кади ан-Ницубкри (1853–1919), Хасана Хильми ал-Кахи (1852–1937), Шарафуддина ал-Кикуни и др.
Следует отдельно отметить арабоязычную поэзию Дагестана, которая усвоила из арабской литературы присущие ей формы и жанры. Дагестанцы, писавшие на арабском языке, в своих поэтических произведениях разрабатывали обширный круг тем, среди которых, в частности, встречаются стихи религиозного характера, отражающие лишь конфессиональные идеи, сатиру, осуждающую человеческие пороки, а также этико-дидактические поучения, философские рассуждения о судьбе человека и человечества, поэзию панегирического содержания, а часто и стихи, содержащие социальный протест против несправедливости и гнета.
Размножение рукописей, имевших широкий спрос в Дагестане, было сосредоточено в домах переписчиков, но зачастую происходило и в стенах медресе. Так как в дагестанских медресе не предусматривались должности переписчиков, копированием рукописей занимались учащиеся под руководством учителя. Как правило, в медресе копировалась не только учебная литература, но и сочинения, выходящие за пределы учебной программы.
В итоге многовековой деятельности по копированию рукописных книг сложились центры такого рода ремесленного труда. В странах Ближнего Востока эта работа была сосредоточена в городах и являлась частью городской культуры. В Дагестане же эту роль сыграли селения, чаще центры маленьких политических образований, число которых было значительным: Кумух, Акуша, Зерехгеран, Кудали, Обода, Ихрек, Ахты, Согратль, Башлы, Урада, Усиша, Хунзах, Хасик, Кулиф, Эндери и десятки других. Известный исследователь рукописной традиции А. Р. Шихсаидов по этому поводу пишет: «Вряд ли найдется другая область, населенная не арабами, где так много селений (именно селений, а не городов) с таким постоянством и с таким широким охватом занималось бы арабским языком и арабской литературой. Но среди них есть особые селения, “селения из селений”, занимавшиеся массовым размножением рукописной книги. Это прежде всего Кумух, Акуша, Зерехгеран. Эти селения известны своей деятельностью во многих других сферах, но достаточно было бы и одной специализации по “тиражированию рукописей”, чтобы прочно войти в историю дагестанской культуры».
В Волго-Уральском регионе до возникновения книгопечатания арабским шрифтом в начале XIX века обходились рукописной книгой. Переписыванием занимались не только шакирды медресе, но и преподаватели, муллы, образованные люди того времени.
В оформлении татарских рукописей прослеживается влияние восточной мусульманской традиции. Рукописные списки, выполненные в Поволжском регионе, узнаваемы по типичному формату и декору обложки, по почерку, чернилам, изготовленным из местных ингредиентов, особенностям оформления текста, по бумаге, которая преимущественно производилась в России. Тематика арабских и персидских сочинений в этих рукописях отражает в основном стандартный круг богословских сочинений, изучавшихся шакирдами в медресе. Сама методика обучения в медресе, а также дороговизна печатных книг обуславливали копирование от руки сочинений, содержание которых шакирдам полагалось усвоить.
Внешнее оформление татарских рукописей отличается скромностью и строгостью. Украшения чаще встречаются в начале рукописей. Страницы отдельных книг оформлены цветными рамками (черные и красные чернила). Рамки, в которые вписаны первая и начало второй суры Корана, оформлены более разнообразно: для них использованы архитектурные мотивы (купола мечетей), обрамление из красных и черных треугольников, а также геометрический орнамент символичного характера. Сочинение начинается орнаментированным или простым написанием традиционной формулы – басмалы «Во имя Аллаха милостивого, милосердного».
В рукописях нумерация листов обычно отсутствует, порядок страниц контролируется хафизами – «хранителями» порядка листов, называемыми в европейской традиции «кустода» – первое слово или первый слог следующей страницы, помещенные в конце предыдущей. Но может присутствовать нумерация страниц и арабскими (европейскими) цифрами, а также восточная пагинация.
Большинство книг написано местной разновидностью популярного арабского почерка «насх», основанного на слиянии его горизонтальной строгости с быстрым в исполнении «тааликом», в результате чего сложился скорописный, наиболее распространенный «насталик».
На мусульманском Востоке высшее духовенство отстаивало вековую традицию размножения книг путем переписывания, считая применение типографского способа в отношении священных текстов вероотступничеством. До окончательного снятия запрета на печатание религиозных книг в середине XIX в. на арабском Востоке, в Иране и Турции книги продолжали переписывать от руки. К тому времени в Казани уже работала типография, издававшая книги как на арабском языке, так и с применением арабского шрифта. Печатные издания у татар очень быстро заменили рукописные. Фактором, способствующим популярности книжной продукции, был высокий процент грамотности татарского населения того времени – только рукописных источников здесь было явно недостаточно.
Началом книгоиздания арабским шрифтом в России считается 1787 г., когда в Санкт-Петербурге по многочисленным просьбам мусульман России и с определенным политическим расчетом Екатерина II издает указ о печатании Корана. В 1789, 1790, 1793, 1796, 1798 гг. выходят его переиздания в «Азиатской типографии» И. Шнора (у Крачковского она названа типографией Академии наук Российской империи). И только в 1799 г. после неоднократных обращений и ходатайств татары получили разрешение от Павла I на открытие в Казани типографии. Сразу же после этого Казань становится одним из наиболее крупных центров провинциального книгопечатания по изданию мусульманских книг в России.
В середине XIX в. татарская книга, преимущественно религиозного содержания, начинает выходить на международный рынок, становится объектом купли-продажи в городах Средней Азии, некоторых странах Ближнего и Среднего Востока. Конкурентоспособность татарской книги, прежде всего казанского производства, обеспечивалась ее полиграфической особенностью. Становление и развитие арабографической казанской печатной продукции шло под влиянием двух полиграфических школ – восточной и западной. Этому способствовало географическое и историко-культурное положение Казани, находившейся «на месте встречи Азии и Европы». Поэтому во внешней форме, в особенностях технического исполнения татарских печатных книг можно найти элементы как традиционно восточных, так и типично западных полиграфических традиций. Казанские печатники сумели на основе наиболее удобочитаемого почерка «насх» выработать новый, характерный только для этих изданий изящный шрифт, получивший на Востоке название «казанский» .
Татарская дореволюционная книга по количеству наименований уступает, кроме русских изданий, только латышской книге, а по тиражу занимает второе место после русской книги. Только на арабском языке татарскими издателями было напечатано около 4000 книг: каноническая литература (Коран, хадисы, тафсиры), разделы мусульманской науки –религиозное право (фикх), догматика (акида), этика (ахляк), логика (мантык) и пр., а также труды по арабской филологии, суфийские сочинения, молитвенники и т.д. . Также определенное место среди них занимает религиозная, социальная полемика на сугубо местные темы: сочинения Ш. Марджани и его противников по религиозным вопросам, спор джадидов и кадимистов в области педагогики, богословия и др.
Очевидно, что изданий на татарском языке было намного больше, но судить об их точном количестве очень сложно. Материалы юбилейного сборника «400 лет русского книгопечатания...» свидетельствуют о том, что с 1801 по 1855 гг. во всех губерниях России было издано на разных языках всего 1463 книги . В определенные периоды каждая третья, а иногда и даже четвертая книга, изданная в провинции в XIX в., была татарским изданием. Только на арабском языке в указанный промежуток времени (1830–1850) было издано 187 книг .
Самым ранним дагестанским изданием, содержащим полные выходные данные, считается брошюра «Хазихи каваид» (Положение о гражданстве, о правах и обязанностях граждан. Для населения Дагестана), представляющая собой перевод с русского на арабский язык и изданная литографским способом в типографии штаба Дагестанской области в г. Темир-Хан-Шура в 1868 г.
В начале ХХ века в Дагестане функционировало около 10 типографий, однако книги на арабском языке печатались только в трех из них: в типографии А. М. Михайлова «Каспий» в Порт-Петровске (с 1904 г.), типографии «ал-Матба‘а ал-исламийа» М.-М. Мавраева в Темир-Хан-Шуре (с 1907–1908 гг.), типографии И. Нахибашева в слободе Хасавюрт (с 1910 г.).
Появление первой национальной типографии в Дагестане связано с именем Магомеда-Мирзы Мавраева, известного в качестве первопечатника и основателя национальной печати. В 1902 г. он вместе с ученым Абусуфьяном Акаевым из Нижнего Казанища поступил на работу в типографию в г. Бахчисарае (Крым) и основательно усвоил все процессы книгоиздательского дела. В течение двух лет своей деятельности в Бахчисарае и Симферополе он издал несколько книг на кумыкском и арабском языках, переписанных для литографирования Абусуфьяном Акаевым. По завершении учебы и освоения всех премудростей издания национальной литературы в 1903 г. он вернулся на родину, выделил часть своих капиталов на приобретение типографского оборудования и организовал в Темир-Хан-Шуре типолитографию «Матба‘а исламийа», в которой стал издавать книги на аварском, кумыкском, лакском, арабском и других языках. Эти книги имели преимущественно религиозный характер. Мавраев приобрел типолитографию A. M. Михайлова в Порт-Петровске, которая с 1904 года наряду с книгами на русском языке стала выпускать различную литературу на аварском, арабском, даргинском, кумыкском, лакском и чеченском языках. Он также приобрел оборудование типолитографии Ибнухаджара Нахибашева, действовавшей в слободе Хасавюрт с 1910 по 1914 гг.
Во всех типографиях М.-М. Мавраева книги издавались на местных и арабском языках, в основном литографским способом. Наборный способ, введенный в действие М.-М. Мавраевым в 1911 г., не стал популярным и не прижился, поскольку дагестанские покупатели книг хотели видеть в них произведения каллиграфического искусства. В качестве переписчиков работало значительное число людей. Среди них были аварцы, кумыки, даргинцы, лакцы, которые получали от М.-М. Мавраева заказ на переписывание того или иного сочинения, созданного на их родном или неродном языках, для размножения литографским способом, и они аккуратно переписывали их за определенное вознаграждение. М.-М. Мавраев создал солидную редакцию, привлек к издательской деятельности виднейших арабистов того времени, выписал в большом количестве арабский шрифт и особую плотную бумагу из Турции и Казани, построил склады для отпечатанных книг, завел специальный транспорт для отправки книг по районам Дагестана и за его пределы.
В Дагестане литографский способ книгопечатания долго оставался популярным – здесь были очень сильны традиции рукописной книги. Читатели хотели видеть в покупаемой книге не безликое творение машины, а произведение каллиграфического искусства определенного переписчика. Старопечатные литографированные книги не менее интересны, уникальны и важны, чем рукописи, а творчество известных дагестанских переписчиков продолжает восхищать нас и по сегодняшний день.
Собрания книг, периодики и рукописей на арабской графике, которые отражают историю книжной культуры мусульман России как в рукописном, так и печатном виде, составляют достояние известных библиотеках Казани, Санкт-Петербурга, Москвы, Уфы, Ташкента, Баку, Стамбула, Еревана, Каира, Тегерана, Лондона, Парижа и других городов мира. В Рукописном фонде Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН хранятся рукописные сочинения, созданные за пределами Дагестана – в странах Ближнего и Среднего Востока; рукописи, представляющие собой копии имевших широкое хождение в мусульманском мире книг, выполненных местными переписчиками; оригинальные сочинения, созданные местными авторами. Сбор и хранение, исследование и введение в научный оборот этого письменного наследия было и остается одной из актуальных задач гуманитарной науки. Научное описание и кодикологический анализ восточных рукописей – долгий и трудоемкий процесс, который далек от своего завершения.
Необходимо отметить археографическую деятельность татарских ученых, педагогов и просветителей, таких как И. Хальфин, Ш. Марджани, Х. Фаезханов, Г. Баруди, Р. Фахретдинов, Н. Кармышев, С. Вахиди, В. Забиров, Г. Рахим, а в более позднее время З. Максудова, А. Фатхи, М. Усманов, Ш. Абилов, Р. Марданов, М. Ахметзянов и других, которые внесли большой вклад в дело сбора и сохранения татарской книги. М. И. Ахметзяновым была сформирована большая часть книжного хранилища фондов Центра рукописного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова, которая включает в себя более 6000 рукописных книг и более одной тысячи документов. Результатом его более чем 30-летнего труда является монография «Татар кулъязма китабы» (Татарская рукописная книга) . Собрание арабографических текстов Казанского федерального университета по количественным показателям является не только самым большим среди других казанских коллекций, но и крупнейшим среди аналогичных государственных собраний Российской Федерации. Общий его фонд составляет свыше 13 тысяч кодексов, в том числе более шести тысяч сочинений на татарском языке (включая тюрко-османский), около шести тысяч – на арабском языке и чуть менее тысячи рукописей – на персидском . В ходе исследований крупнейшего специалиста по истории и культуре средневекового Дагестана в области изучения исламской культуры и арабских рукописных источников А. Р. Шахсаидова было выявлено около 300 собраний рукописей, насчитывающих более 5000 рукописных книг XII–XX вв.
При всем том, что к настоящему времени отечественной наукой накоплен солидный опыт работы по исследованию арабских рукописей, многие первоочередные задачи пока остаются не до конца осуществленными, не достает обобщающих работ по восточным рукописям и рукописной традиции в масштабах страны. Эти пробелы становятся ощутимее по мере того, как востоковедческие исследования в нашей стране получают более широкий размах и приобретают прикладной характер. Но конкретные наблюдения и частные выводы историко-культурного, кодикологического и книговедческого характера остаются рассеянными по страницам отдельных работ. Тенденция к узкой специализации побуждает исследователей подходить к изучению рукописей с разных позиций: археографических, текстологических, исторических, литературоведческих, лингвистических, искусствоведческих, теологических и др. Очевидно, что сколько-нибудь убедительные обобщения не могут быть сделаны на материале рукописных собраний одного города или республики, даже если бы они были в достаточной мере изучены. При исследовании восточного рукописного достояния необходимо учитывать как всероссийский, так и мировой опыт. Сегодня в арабском мире одной из основных задач гуманитарных наук провозглашается изучение, истолкование и популяризация наследия, которое, как известно, воплощено главным образом в рукописях, вызывает огромный интерес во всех государствах, исторически связанных с исламом и мусульманской культурой .
Реалии времени требуют незамедлительного решения ряда разноплановых задач в этой сфере: проблемы информационно-библиотечного обеспечения востоковедческих исследований, создания оптимальных условий хранения и эффективной системы реставрации и консервации редких книг, рукописей и документов, усовершенствования способов доставки информации до исследователей и заинтересованных пользователей и многое другое.